Category: отношения

Category was added automatically. Read all entries about "отношения".

Furless Seal

Про это

Обыкновенно я не касаюсь всякой такой тематики в своем журнале, но живу ведь не в Иерусалиме и не в Дхарамсале, поэтому можно. В общем, буду сегодня говорить об этом, о нем самом. Тем более, что после позавчерашнего потрясения молчать нет никакой возможности.

Походив кругами и помяв картуз, раскрываю тему: некоторые аспекты спроса и предложения на мировом рынке презервативов, или взгляд потрясенного. Вы не думайте, мы тут в Бангкоке тоже иногда вполне себе в обморок падаем.

Когда есть с чего.

Сроду не жаловал свободную прессу, многие в курсе. Здесь привык обходиться местными англоязычными брехунками, знающими, впрочем, свое место – «Бангкок пост» и «Нэйшн». А позавчера повелся (наверное, виной всему редкий тут в феврале дождик) и купил в кои веки «Интернэшнл геральд трибьюн». И третий день уже не могу успокоиться.

Статья “Thailand flexes muscles to strengthen foothold in the global condom market” произвела в моем мозгу эффект разрывной пули: согласно докладу исследовательского центра KResearch, десять тайских компаний выпускают 3 миллиарда презервативов в день (дословно: “Thailand’s 10 condom manufacturers have a combined daily production capacity of three billion condoms” - подчеркнуто не мною, а автором статьи. То, что речь идет не о потенциальных, а о задействованных мощностях, вытекает из подзаголовка статьи: “Thailand produces three billion condoms a day”).

Несмотря на свою репутацию, 60-миллионному Таиланду такие объемы самостоятельно не освоить, хоть ты умри. Тем более что сами тайцы предпочитают импортные изделия – об этом тоже говорится в статье. В общем, грубо говоря, практически все это добро идет на экспорт.

Рид май липс: 3 миллиарда презервативов в день. Прописью: Три. Миллиарда. В день.

Согласно той же статье, 6,2% тайского экспорта идет в Россию. Россия, вообще, стоит на почетном во всех отношениях четвертом месте в рейтинге покупателей тайских изделий. Выходит, родная до боли Федерация покупает у моего любимого королевства 186 миллионов презервативов.

В сутки.

Вспомнив приблизительную численность населения Родины, я, простите, обалдел. По 1,3 презерватива в день на душу выходит. Включая душу грудного младенца и парализованного пенсионера.

А потом я и вовсе лишился чувств, когда вспомнил, что заниматься защищенным, извиняюсь, сексом должны как минимум двое (я с бесконечным уважением отношусь ко всякой безопасной практике, но согласитесь, нелогично использовать презерватив в одиночку. По крайней мере, это было нелогично на дату моего исхода из России).

Исключив ту часть населения, которая еще или уже не практикует вообще никакую половую жизнь, я пришел к выводу, что пока я тут в Бангкоке дурака валяю, на холодных просторах далекой полуночной страны происходит нечто такое, что Силом, Паттайя и Пхукет должны молча самоликвидироваться. Три сеанса защищенного секса на каждого половозрелого россиянина в день как арифметически возможный минимальный минимум. Без выходных, каждый божий день, вернее, каждую божью ночь. Триста шестьдесят пять суток в году, включая триста шестьдесят шестые в году високосном. И так, не сбавляя темпов, - из года в год.

Мысль о том, что при таком-то раскладе некоторые находят в себе силы практиковать еще и небезопасный секс (а такие точно есть, я слышал...), вызвала у меня настолько мощный приступ гордости за страну, что я вынужден был отложить на минуту чудную газету «Интернэшнл геральд трибьюн» и налить себе из графина.

Отдышавшись, я совершил непростительную ошибку, снова прильнув к независимому и авторитетному средству массовой информации. Лучше бы я этого не делал, конечно, но было поздно – роковой абзац был прочитан, жена Лота перешла Рубикон, оглянулась и сунула свой нос в ящик Пандоры.

Держитесь: Таиланд занимает всего лишь второе место в мире по объемам экспорта презервативов. Лидирует на нашей ненасытной планете Евросоюз (очевидно, выпускающий в день как минимум 3’000’000’001 изделие). На остатках истерзанного здравого смысла я предположил, что если Родина моя закупает презервативы еще и в Европе, то... нечеловеческой широты перспективы открываются перед Россией. Ну и перед Европой, конечно – под рукой ведь, совсем рядом... лежит, раскинулась.

Россияне и россиянки, соотечественники вы мои и соотечественницы, братья и сестры! Мне часто вменяют в вину оторванность от страны и незнание текущего российского момента. Очень даже допуская, что после моего отъезда многое изменилось, тем не менее должен признать, что о реальных масштабах перемен я действительно не догадывался. Зачем вам столько? Что вы с ними делаете? Горжусь вами – не передать как, только мне теперь тут за вас отдуваться – я по дурости дал ту злосчастную газету почитать своей коллеге-филиппинке, доброй католичке, матери троих детей. Она, наивная, всю жизнь читала только любовные романы, да приходской вестник, и на мою беду верит всякому печатному слову. Вы знаете, как она теперь на меня смотрит?©

Начальство сейчас тоже черт знает что обо мне думает.

Вчера филиппинка отпросилась с работы пораньше, меня опять же подбила. Пошли по домам, по дороге болтая о том и о сем. На остановке, на ходу прыгая в свой автобус, спрашиваю: «Что ты шефу-то про меня сказала?»

Кричит мне с тротуара в открытое окно автобуса:

- Сказала ему, что you need to comply with statistics!
Furless Seal

Urbi et Orbi

Прости, лучший на свете город. Ты старался изо всех сил. Две недели назад ты написал на моей кровати "I love you" двадцатью пятью розами. Последние месяцы ты без конца распахиваешь передо мной какие-то запретные бронзовые двери в беззаботный золотистый полумрак. Днём ты искушаешь меня алмазными небесами призрачной телевизионной синекуры, а лунными ночами баюкаешь в теплых объятьях старых переулков. Ты полными пригоршнями даришь мне потрясающих людей, обволакиваешь шёлком гибких азиатских тел, простодушно предлагаешь деньги и обещаешь безмятежность. Я знаю, что ты меня любишь и не хочешь отпускать.

Но я, свинья распоследняя, тебя покидаю. Исполнились сроки, пришёл час сказать об этом и тебе, и миру.

Вам признавались в любви розами по кровати? Мне вот на четвёртом десятке жизни – в первый раз. И последний, разумеется. А всё равно покидаю.

Через месяц-два я уеду в Бангкок. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Уеду с тем же незамысловатым багажом, с каким заявился однажды в Пекин: без языка, без денег, на пустое место - ни работы, ни жилья. Как всякий раз, как много раз. Уеду не от плохой жизни, совсем наоборот. Просто пришло время, компостер клацнул, вагончик тронулся, возьмитесь за поручни, тут швыряет на поворотах.

Она снова пришла, Осень перемен. Меня никто не гонит отсюда, никто не зовёт туда. Но я еду, потому что не умею жить иначе.

Совсем скоро я обустроюсь в Таиланде, выучу язык, найду хорошую работу, и буду регулярно выть в чёрную безнадёгу тропического неба, ведь никто и никогда больше не напишет розами на моей кровати "я тебя люблю", "во ай ни", или "пом рак кун".

Говорят, в России некий Павел Кашин поёт "Песню китайских цыган". Мне даже прислали слова - красивые, не спорю, но откуда тому Павлу с хорошей фамилией Кашин знать, что поют цыгане в Китае? Хотите знать большую китайскую тайну? Настоящая песня местных цыган называется "Свет танцующей Луны" – по-моему, из одного лишь названия можно сварить приворотный суп! – и послушать её можно здесь. Или здесь. Но лучше всего, наверное, вот здесь.

В общем, пройдёт еще пара месяцев – и я допишу последнюю страницу своих «Пекинских хроник». Журнал закрывать не буду и о Китае писать не перестану, китайских виз-разрешений-допусков у меня на год вперед, в Пекин вернусь еще очень много раз, да и как может быть иначе? Сменю лишь заголовок журнала, угол зрения, среду обитания, язык сменю, темп жизни, привычки, круг общения – и останусь самим собой. Больным на всю голову кочевником.

Прости, полуночный шанхайский экспресс,
Я слишком давно не менял себе мир.